perecati_polina

Categories:

Про любимый шарик и счастливый свет

В моем детстве елка всегда была живая.

— Их же срубают, мам, — жалела я каждый год.

— Но их специально для этого выращивают, — возражала мама. Первые несколько лет ее аргумент казался логичным, потом перестал. Но елки всегда были живые.

У елки была подставка с двумя розетками и реле. Ее подарил дедушка. На елкину макушку водружали звезду, ветки обматывали гирляндой, и огоньки горели по очереди — то вся елка, то макушка. О мерцающих гирляндах и режимах свечения тогда еще и не слышал никто. Несколько лет спустя я предложила вешать две гирлянды, чтобы они сияли по очереди. Папа пожал мне руку. Куда делась звезда, я не знаю.

У меня была любимая елочная игрушка — зеркальная полусфера и пластиковая кружевная соединялись в шарик голубых оттенков. В кружевной половинке было отверстие, из-за чего шарик напоминал гнездо или современные кресла-домики, в которые можно спрятаться, если подогнуть ноги. Будь у меня тогда такое кресло, я жила бы в нем) Но был только шарик, я положила в него подушечкой сложенную голубую ленту и сажала туда бумажную куколку.

Каждый год из всех своих бумажных кукол я выбирала любимую и отправляла ее в шарик. Когда игрушки убирали, кукла оставалась в нем. Мне казалось, что я отправляю ее в волшебную страну, как в сказке «Щелкунчик», или даже лучше. К следующему Новому году она возвращалась вместе с подставкой для елки, гирляндой и всеми игрушками. Я бережно проверяла, на месте ли куколка, а в новогоднюю ночь заменяла ее другой — той, что за год стала любимой. Я помню, что мне не жалко было расставаться с ними, и помню, что я предвкушала встречу.

В этой игре было что-то очень важное для меня тогда. Она появилась, когда в семье начались трудности, когда моим родителям стало не до меня в силу разных обстоятельств, когда я чувствовала себя одиноко бОльшую часть времени. Сейчас мне кажется, что эта игра помогла мне не растерять надежду. Я верила, что где-то есть счастливый мир, в котором много радости и света — как на новогодней елке или в сказке «Щелкунчик». Я точно знала, что однажды, когда-нибудь, окажусь там.

Я не помню, когда перестала играть в эту игру. Может быть, в девять или десять лет, когда прошло время детской веры в чудеса. Шарик я подарила своей лучшей подруге Ксюше, когда нам было шестнадцать. Он все еще был любимым.

А дальше было разное — театральная студия, выпускные из школы, друзья, универ, путешествия, романы... И я не знаю, когда я ощутила, что я уже на месте, что я давно, оказывается, чувствую тот самый свет счастья, надежда на который так помогала мне маленькой.

Работа с детьми показала мне одну вещь: дети выносливее, чем считается, если не мешать им играть и фантазировать. Они залечат свои раны, отыграют свою боль, перепроживут свои страхи и сохранят свой свет. Главное — позволить им сделать это.

Для творческих приключений #наулицезима и #90днейзимы

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded