perecati_polina (perecati_polina) wrote,
perecati_polina
perecati_polina

Categories:

Про травматиков, медведей и разговоры о веревках в доме повешенного

Про травматиков написано немало - и про дыру внутри, которую ничем не заполнить, и как ужасно неудобно с ними связываться, потому что на партнера падает ответственность за заполнение этой дыры, про внутреннюю боль, которая накрывает в любых обстоятельствах, напоминающих те, в которых травма произошла, про неадекватные реакции на ничем не выдающиеся раздражители и прочая, и прочая, и прочая... От всего этого веет оценочностью и призывами не пытаться любить травматиков, ибо бессмысленно и бесполезно иметь что-то общее с этими ужасными не сумевшими прожить свою боль людьми.
Начиталась и я такого, и негодую! Поэтому сейчас сама немножко расскажу о том, как у травматика что устроено в его мире. И даже про "что делать" постараюсь пару слов сказать.

1. Травматик стал травматиком не просто так, не по собственному желанию, а по воле других людей или неудачно сложившихся обстоятельств. Встретиться с такими людьми и/или обстоятельствами может абсолютно каждый человек, и ни один человек не может точно знать, как поведет себя в них и как они на него повлияют, пока не попадет туда.

Например, в зоне боевых действий все, кроме военных, оказываются совершенно случайно и непредсказуемо - люди просто живут у себя дома, и вдруг - оп! начинается война. И то, что было домом вдруг - оп! становится зоной боевых действий. И у людей, живущих там, где началась война, никто не спрашивал, можно ли на их улице побегать и пострелять.
Для военных, к слову, тоже не все так однозначно - они тоже сами не выбирают дату начала войны, и хоть у них теоретически может быть предварительная подготовка и тренировка навыков, пригодных именно для таких обстоятельств, но именно на примере военных выявленный и описанный ПТСР подсказывает, что тренировка и бой - не совсем одно и то же, и реальность даже подготовленного человека может серьезно травмировать.

2. Травматик становится травматиком при соблюдении определенных условий: он не смог справиться с ситуацией (защитить себя), не смог получить помощь (не смог обратиться за ней/получил отказ), не смог отреагировать чувства по поводу произошедшего (было больно, страшно и т.п. и не было времени/места прокричаться, прорыдаться и т.д.).

Именно поэтому одно и то же событие не для каждого станет травматичным. Например, если на ребенка напала злая собака, но рядом оказался папа, который прогнал ее, а потом взял малыша на руки и позволил ему проплакать столько, сколько нужно, бояться собак всю жизнь этот ребенок едва ли будет - т.е. событие не станет травмой. А вот если при тех же обстоятельствах папа ничего не сделает, а потом заявит, что бояться вообще нечего, и не надо было гулять рядом с собакой, даже если она выбежала из-за угла, а реветь - вообще последнее дело, поэтому немедленно успокойся, вероятность возникновения травмы и последующей нелюбви к собакам очень велика.

3. После возникновения травмы травматик продолжает жить в том моменте, в котором она возникла.

Человек, вернувшийся с войны, продолжает вести себя так, как будто война все еще идет, причем прямо здесь и сейчас. Вписаться в законы мирного времени ему трудно, слишком по-другому все было там. Это - самый, пожалуй, понятный пример, поэтому пишу первым делом именно его. Но тот же механизм работает и в случае других травм. Женщина, пережившая насилие, продолжает жить так, как будто рядом с ней постоянно находится насильник. Человек, повстречавший медведя в тайге, продолжает обороняться от него в офисе в центре города. Война каждого из этих людей продолжает разворачиваться в их душе.
Безусловно, в жизни травматика бывают и просто моменты и даже дни и недели, когда они чувствуют себя хорошо и ведут себя вполне адекватно, большинству удается восстановить порядок своей жизни, вернуться к работе и обычным делам. Со стороны все может выглядеть нормально и даже благополучно. Но внутренняя война не закончена, пока она не закончена, даже если она тщательно скрыта от посторонних.

4. На происходящее здесь и сейчас (в обычной жизни) травматик реагирует как на происходящее там и тогда (в момент травматизации).

Вот именно отсюда вырастает так называемая неадекватная реакция на обычные, казалось бы, раздражители.
"Все зависит от твоего восприятия", - произносит кто-то в дружеской беседе, и травматика кидает в жар. Тот, кто говорил про восприятие, имел в виду простые житейские моменты - например, то, что в непослушании ребенка можно видеть досадную помеху, а можно - выраженные способности к самостоятельности и лидерству. Травматик же всерьез не понимает, при чем тут восприятие, когда на тебя выходит медведь. Как бы хорошо ты ни относился к животным, с какой бы любовью ни воспринимал их, дикий медведь остается диким медведем.
"Ты же сама ответственна за то, что происходит в твоей жизни", - улыбается знакомая, и травматика бросает в холод. Она говорила об обычной жизни, о том, что с работы, которая не нравится, можно уйти, а людей, которые тебе приятны, можно позвать в гости. Травматик же в это время недоумевает, как он может быть ответственен за сбрасывание бомб на его город.
"Но ведь обо всем можно договориться", - утверждает коллега по работе, и травматик начинает ужасно кричать. Коллега говорил про мытье общих чашек на офисной кухне. Травматик же знает, что когда ему закрыли рот рукой, а к горлу приставили нож, он не мог ни слова произнести, не то что несколько связных предложений, которые необходимы для того, чтобы о чем-то договориться.
Я, конечно, очень грубо примеры подобрала, но суть примерно такая. Любая ваша фраза в голове травматика может превратиться в слова о веревке, потому что он живет в доме повешенного.

А теперь давайте перейдем к тому, что делать.

Если рядом с вами оказался травматик, вам полезно было бы представлять, что зачастую он слышит вас неправильно и все, что вы говорите, пытается приложить к собственному опыту, причем только к той его части, которая была травмирующей. Поэтому если свои высказывания о том, как устроен мир, люди и восприятие вы будете дополнять ремарками а-ля "ну, не в экстремальных ситуациях, конечно" или "я имею в ввиду мирную жизнь, а не боевые действия", общаться с травматиком вам будет легче.

Для того, чтобы травматик осознал, что он уже не на войне, он должен проделать огромную внутреннюю работу. Это вопрос не одного дня, а то и не одного года, даже если работа ведется вместе со специалистом. Поэтому если вы аккуратно и ненавязчиво время от времени будете возвращать вашего травматика в настоящее и напоминать ему, что прямо сейчас он не в тайге с медведями, а у себя дома, вы сумеете помочь ускорить эту работу.

И самое важное, что вы можете делать - оставаться рядом, если вашего травматика уносит в неведомые дали его призрачного мира (если вам это не вредит, конечно). Его истерика/паническая атака/вспышка гнева не про вас, она про его "там и тогда", не более того.

Если же вы сами травматик, было бы неплохо научиться говорить об этом и предупреждать о том, что вас задевает. И поменьше связываться с людьми, которые не учитывают ваших предупреждений. Вы остаетесь таким же ценным человеком, каким были до травмы. Ну и да, к специалисту было бы неплохо тоже. Так нормальность восстановится быстрее.
Tags: насилие и его последствия, психология, травма, я думаю
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment